Леонтий Русанов

Кентобе: от добычи до переработки

Представительство «Оркен-Кентобе» в начале 2021 года отметило 20-летний рубеж участия в горнодобывающем процессе компании «АрселорМиттал Темиртау».  О рабочих процессах и производственных проблемах мы поговорили с руководителем «Оркен-Кентобе» Русановым Леонтием Ивановичем.

В ТОО «Оркен» Леонтий Иванович работает с 2014 года, начинал с позиции главного инженера, в 2017 – в должности директора. Ранее работал в угольном департаменте, заведовал горными работами на шахте «Карагандинская». Подземный стаж 27 лет.

Леонтий Иванович – руководитель сложного производственного объекта, который в настоящее время насчитывает 412 человек, работающих вахтовым методом. В каждую вахту на рудник заезжает порядка 160 человек. Это работники, непосредственно участвующие в обеспечении добычи руды и ее транспортировки: водители технологического транспорта, маркшейдеры, геологи, энергетики – все, от кого зависит беспрерывная работа предприятия. Значительная составляющая коллектива – это сотрудники дробильно-обогатительной фабрики. На территории размещаются и вспомогательные цеха, это энергоучасток, ремонтная служба, ОТК.

Для вас, как для шахтера с большим стажем, насколько сложно было «переключиться» на добычу открытым способом?

– Конечно же, здесь своя специфика, удалённость промышленной площадки накладывает свой отпечаток, буровзрывные работы – очень сложная геология карьера. Но работа интересная. К тому же когда мне предложили должность главного инженера здесь, я уже имел опыт работы в открытой разработке угольных месторождений в компаниях «Гефест» и «Рапид», поэтому без опасений согласился.

Возможно, все сложности и особенности работы на руднике Кентобе оправдывает высокое качество руды.

– Да, рудник был открыт в 1982 году, и содержание железа в руде составляло на тот момент 72%. С глубиной процент уменьшается, поэтому сейчас он составляет 46% в исходной руде, тем не менее требования комбината по содержанию железа в концентрате мы выдерживаем. Разведанные запасы предполагают ведение открытой добычи до 2027 года, и 100 миллионов тонн руды остаётся для подземной отработки. Но будет ли строиться шахта, решит корпоративный офис. Сейчас глубина разработки уже составляет 140 метров, это глубже, чем на руднике Атансор, и значительно глубже, чем в Лисаковске.

Что касается переработки, то наша руда близка к требуемым параметрам, но есть примесь серы содержанием более 2%. Техрегламентом АМТ предусмотрено содержание не более 2–3%, и мы также его выдерживаем, отгружая концентрат с содержанием серы, не превышающим 2,5%. Сложное геологическое строение рудника дает нам участки как с очень высоким содержанием серы – до пяти процентов, так и с очень низким, где этот показатель не доходит и до одного. Поэтому выборочная подача руды на обогатительную фабрику позволяет выдерживать необходимые требования.

По технологии добываемую руду мы подаём на так называемый усреднительный склад. В зависимости от содержания серы там комплектуются отдельные штабеля руды, и на фабрику подаётся руда с уже откорректированным показателем содержания серы.

Скажите, пожалуйста, есть ли проблема с кадрами? Насколько в настоящее время трудно или, может быть, наоборот, легче, чем в прежние времена, какая ситуация с квалифицированным персоналом?

– Хотя у нас работают высококвалифицированные кадры, вопрос персонала всегда, наверное, был острым для любого предприятия. Надо отметить, что в регионе присутствия количество предприятий горнодобывающего сектора достаточно велико. Здесь и рудники корпорации «Казахмыс», и «Алтай полиметалл», которые занимаются добычей меди, золота. Выбор есть, поэтому определенные трудности с комплектованием штата ИТР есть. Однако что касается рабочих специальностей, то здесь конкуренции у нас нет, поэтому наши люди высокопрофессиональны, опытны, и текучесть кадров только естественная и связана с завершением трудовой карьеры и выходом на пенсию.

Да, в разговоре ваши сотрудники отмечали, что им нравятся атмосфера в коллективе, отношения с администрацией, организация труда, и в целом они довольны, что пришли работать именно на этот рудник.

– 80% наших сотрудников – это жители ближайших населенных пунктов Қарағайлы, Бүркітті, Бақты, для которых очень удобен наш режим работы, тем более что доставку своих сотрудников мы осуществляем сами.

Важная составляющая успешной производственной деятельности – это эксплуатация надежной и современной техники и оборудования. Скажите, пожалуйста, как на вашем предприятии продвигается процесс обновления и модернизации материально-технической базы?

– Как я и говорил ранее, наш рудник начал разрабатываться в 1982 году. Тогда, конечно же, ещё не было общежитий, административно-бытового комплекса и база Кентобе располагалась в посёлке Қарағайлы. На рудник сотрудников доставляли поездом, который приводился в движение паровозом. Сейчас он в качестве музейного экспоната встречает нас у въезда на рудник, напоминая о тех временах. Что касается транспортировки руды и вскрыши, то, естественно, это осуществлялось уже тепловозами. В настоящее время наш тепловозный парк составляют 2 маневровых ТЭМ-2 и выездной ТЭМ-7. Мы способны осуществлять вывоз до станции Қарағайлы в объеме до 100 000 тонн железного концентрата. Это в два раза больше, чем существующий план.

Очень сильно за последние годы обновлен парк карьерной спецтехники. Компанией приобретены шесть большегрузных карьерных самосвалов, гидравлический экскаватор Liebherr, кроме этого, значительно пополнен парк снегоуборочной техники. И это очень важно, учитывая, что щедрые на обильные снега и непогоды зимы в этой местности год от года проверяют нас на прочность. Так что наличие в нашем распоряжении современной надежной техники шведской компании Atlas помогает нам решать проблемы со снежными заносами и противостоять капризам природы с большей эффективностью. В планах на следующий год приобретение ещё двух карьерных самосвалов и фронтального погрузчика.

Планируете ли модернизацию обогатительной фабрики или её производственных мощностей достаточно для планомерной и беспрерывной работы?

Все рудники дают фракцию 0.8, Атасу после модернизации тоже разделил свою продукцию и уже реализует руду более крупной фракции. Для того чтобы улучшить сбыт, нашим предприятием разработан проект мелкого дробления, успешная реализация которого позволит нам предоставлять для заказчика фракции 0.8 и 0.3. В настоящее время этот проект проходит согласование и экспертизу в государственных органах, и после получения положительного решения мы сможем приступить к строительству корпуса мелкого дробления.

– То есть помимо получения продукции более мелкой фракции модернизация даст и повышение содержания железа в концентрате?

– Да, испытания, которые мы проводили, показали, что дробление руды до более мелкой фракции повысит содержание железа на 2%, а также уменьшит содержание вредной серной примеси.

Чем отличается рудник Кентобе, с какими сложностями сталкиваетесь?

– В первую очередь они связаны с инфраструктурой. Удаленность рудника от областного центра, а это порядка 270 км по железной дороге, делает непростой транспортировку концентрата. К проблемным вопросам можно отнести и природные особенности региона. Например, в течение последних четырех лет происходили подтопления участков железной дороги протяженностью до 70 км, и это сказывалось на отгрузке. Зимой заносы до трех метров останавливают работу на перегоне, и простои могут длиться по 3–4 дня. Из всего участка путей сообщения лишь 27 км относится к «Оркен-Кентобе», остальные 240 – в ведении национального перевозчика «Казахстан темир жолы». Поэтому мы не имеем возможности влиять на разрешение ситуации полностью, оставаясь заложниками и погодных условий, и расторопности владельцев основной части подъездных путей. А когда 4–5 месяцев приходится работать практически без отгрузки, это не может не сказаться на работе карьера. Приходилось останавливать работу дробильно-обогатительной фабрики, людей откомандировывать на другие участки. Работы велись только на вскрыше, простаивали добыча руды и производство концентрата. Естественно, это отражается на календарном графике в дальнейшем.

– Что касается ведения буровзрывных работ и вскрыши, в чем здесь сложности?

– Как я говорил, геологическое строение рудного тела и пород здесь весьма непростое. Коэффициент крепости пород очень высокий и достигает 21. Это, конечно же, тоже затрудняет процесс ведения горных работ. Если сравнивать с другими рудниками ТОО «Оркен», то на нашем самый высокий коэффициент крепости, и буровзрывным работам поэтому необходимо уделять особое внимание.

Жанна Турабаева

журнал «Горно-металлургическая промышленность» № 3-4 2021

1863