Роман Скляр

Роман Скляр: «Нами будет продолжено реформирование отрасли, основанное на наилучшей мировой практике»

В последние годы вклад ГМК в экономику страны ежегодно растет.

Доля металлургической промышленности в структуре обрабатывающей промышленности в 2018 году выросла до 44,7% – был зафиксирован самый высокий годовой показатель за последнее время. Рост в 2018 году в большей степени был обеспечен за счет незначительного увеличения объемов производства цветной металлургии, доля которой в обрабатывающей промышленности выросла с 26,9% в 2017 году до 27,8% в 2018 году. Доля производства черных металлов в обрабатывающей промышленности в сравнении с прошлым годом увеличилась на 0,4 процентных показателя, вклад отрасли литья металлов остался на прежнем уровне.

О направлениях, в которых преуспел отечественный ГМК за истекшее пятилетие индустриализации, и проблемах отрасли – в интервью министра индустрии и инфраструктурного развития Республики Казахстан Романа Скляра.

– Роман Васильевич, какие новые проекты оказали наибольшее влияние на развитие отечественного ГМК и повышение его конкурентоспособности?

– В первую очередь это новые сталелитейные проекты, оснащенные современными технологическими линиями. Так, во втором полугодии 2018 года запущен металлургический завод по переработке черного лома ТОО Aktau Steel. При производственной мощности предприятия 300 тысяч тонн стальной продукции за прошлый год произведено 27 467 тонн цельнолитых квадратных заготовок и 2 018 тонн строительной арматуры.

Во втором полугодии 2018 года введен в эксплуатацию ТОО Shymkent Temir мощностью 240 тысяч тонн в год стального блюма и арматуры. По проекту работают 40-тонные индукционные печи и три ручьевые машины непрерывного литья заготовок. За 2018 год заводом произведено около 80 тысяч тонн заготовок квадратного сечения, и вся стальная продукция экспортирована в Узбекистан.

В третьем квартале текущего года ожидается запуск заводов ТОО «Sin Yuan Steel» по производству сортового металлопроката с годовым объемом 500 тысяч тонн и ТОО «Эйжа Стил Пайп Корпорейшн» по выпуску стальных сварных труб большого диаметра. Продукция последнего будет применяться при строительстве магистральных трубопроводов для сырой нефти и нефтепродуктов, газо-, водопроводов, в качестве сваи для строительства промышленных объектов, машиностроения и т. д. Объем выпускаемой продукции – 150 тысяч тонн спирально шовных труб в год.

Наши предприятия освоили новые виды продукции: титановые слитки и слябы, коллективные концентраты. Увеличена переработка первичного алюминия внутри страны (алюминиевая катанка – 15 тысяч тонн, алюминиевые профили – 12 тысяч тонн, алюминиевые сплавы – 36 тысяч тонн, алюминиевые диски порядка 1 миллиона штук).

– Расскажите о нескольких перспективных проектах.

– В данный момент реализуется совместный проект ERG и британской компании Metalasys по производству алюминиевых порошков из отечественного глинозема.

Для эффективного развития производства разработана и утверждена «Дорожная карта по развитию АО «АрселорМиттал Темиртау» на 2018–2020 годы». В ней предусмотрено 33 мероприятия в стальном, угольном и рудном департаментах, обеспечивающих устойчивый рост производства и улучшение качества производимой продукции, решение вопросов экологии, охраны труда и техники безопасности. Общий объем инвестиций – 305 миллиардов тенге.

В «дорожной карте» также предусмотрена реконструкция участка удаления примесей фабрики ГМО Лисаковский филиал до 2021 года. Объем финансирования – 3,2 миллиарда тенге. Возобновление работы участка удаления примесей позволит снизить содержание фосфора с 0,8% до 0,3%, увеличить содержание железа в концентрате от 49% до 56% и обеспечить производство 600 тысяч тонн железорудного концентрата.

На сегодняшний день участники тендера по модернизации фабрики подали технические предложения, которые рассмотрены и приняты. До конца июня 2019 года ожидается утверждение коммерческих предложений головным комитетом АО «АрселорМиттал Темиртау». Таким образом, нашим министерством проводится целенаправленная работа по недопущению низкого технологического уровня производства.

– Каким потенциалом обладает казахстанский ГМК в сфере переработки? Появились ли новые экспортные направления за последнее пятилетие?

– В 2018 году объем импорта черной продукции составил 1804,4 миллиона долларов США, что выше показателя аналогичного периода 2017 года на 11,1%. Поэтому нам необходимо направить все ресурсы на производство готовых изделий, таких как нефтегазовые и обсадные трубы, металлоконструкции для промышленных и жилых объектов, фасонные изделия для автомобилестроения, фитинги и другие сложные изделия.

Наряду с этим анализ данных выявил снижение объемов экспорта стальной продукции в Китай, сокращение экспорта на основной внешний рынок сбыта – Россию и полное прекращение поставок в Иран.

В направлении Китая в январе – сентябре 2018 года объем экспорта составил 25,7 миллиона долларов США. По данным АО «АрселорМиттал Темиртау», из-за санкций США за 2018 год в Иран поставлено всего 117 765 тонн стальной продукции. Несмотря на начатое компенсирующее расследование в отношении казахстанской продукции, объем экспорта в Российскую Федерацию за прошлый год составил 1,4 миллиарда долларов США.

– Роман Васильевич, какие меры принимаются министерством для усиления поддержки экспортеров и устранения барьеров, препятствующих развитию экспорта?

– Хочу отметить, что документы с результатами компенсирующего расследования, проводимого министерством промышленности и торговли Российской Федерации, находятся в Правительстве Российской Федерации более шести месяцев. МИИР РК совместно с МНЭ РК на постоянной основе отслеживает данный вопрос с целью недопущения ущемления экономических интересов казахстанского производителя.

Отношения Казахстана с Россией, Узбекистаном и Ираном урегулированы торгово-экономическим соглашением и интеграционными договорами, которые предполагают более либеральные условия торговли, чем с третьими странами. В торговле с Россией – Договором о ЕАЭС, с Узбекистаном – Договором о зоне свободной торговли СНГ. При этом Узбекистан снизил применяемые акцизы к стальной продукции с 40–30% до 20–10%.

С Ираном в мае 2018 года подписано Временное Соглашение о зоне свободной торговли в рамках ЕАЭС, которое предоставит возможность поставлять стальной прокат, арматуру, трубы и другие товары экспортного интереса Казахстана по более льготным условиям, чем те, которые Иран предоставляет сегодня другим странам. В настоящее время временное Соглашение о зоне свободной торговли в рамках ЕАЭС проходит процедуру ратификации.

Кроме того, в настоящее время проводятся переговоры по заключению соглашений о свободной торговле между ЕАЭС и его государствами-членами с Сербией, Сингапуром, Египтом, Индией и Израилем.

Заключенные торговые соглашения дают возможность нарастить экспорт на более льготных условиях и диверсифицировать его по направлению сбыта.

– Казахстан обладает колоссальными запасами угля. Угольная отрасль республики рентабельна. Между тем перед ней стоит множество вызовов глобального и локального характера, связанных с ужесточением экологических требований, нестабильной конъюнктурой цен на мировых рынках, обостряющейся конкуренцией за экспортные маршруты. Какое будущее ждет угольную отрасль Казахстана в среднесрочной перспективе?

– Минерально-сырьевая база угольной промышленности республики достаточно прочная. Несмотря на большие объемы добычи углей, их запасы в недрах остаются значительными. Казахстан занимает восьмое место в мире по объему доказанных запасов угля (BP Statistical Review of World Energy June 2016. – Ред.): балансовые запасы составляют 33,6 миллиарда тонн. В этом году планируется добыть 107,1 миллиона тонн угля.

Мировой топливно-энергетический комплекс занимает исключительно важное место в международной экономике. По оценкам экспертов, доля угля в структуре мирового топливно-энергетического баланса составляет около 27%. Основные ее отрасли-потребители – металлургия и электроэнергетика. С использованием угля производится примерно 44% всей мировой электроэнергии.

Сегодня технические возможности угледобывающих предприятий позволяют полностью обеспечить спрос на внутреннем рынке.

Вместе с тем увеличение объема казахстанского энергетического угля в экспортном направлении маловероятно из-за имеющихся ограничений (неконкурентоспособен вследствие сравнительно низкого качества и высоких транспортных издержек. – Ред.). Кроме того, мировые тенденции по переходу к «зеленой» экономике напрямую влияют на объемы мирового потребления твердого топлива. В перспективе до 2030 года основным источником спроса на казахстанский энергетический уголь останется внутренняя угольная генерация.

– Планирует ли министерство разрабатывать государственную программу развития угольной отрасли? Какие ключевые ориентиры, по Вашему мнению, стоит в ней заложить?

– Разработка государственной программы по развитию угольной отрасли не предусмотрена действующим Перечнем государственных и правительственных программ.

Тем не менее перед нашим министерством стоит задача сохранить объемы добычи угля в стране на существующем уровне. Работа эта может быть усилена путем расширения программ по комплексной глубокой переработке угля (производство из угля дизельного топлива и других жидких синтетических продуктов) и диверсификации экспортных поставок.

Сегодня уголь рассматривается не только как топливо для электростанций по выработке электроэнергии и тепла, но и как сырье для углехимического производства, позволяющего преобразовать его в продукцию с высокой добавленной стоимостью. В настоящее время ведутся работы по реализации проекта глубокой переработки углей с целью получения синтетических жидких топлив. Участниками проекта являются АО «КазМунайГаз – переработка и маркетинг», ТОО «СП Арбат», ТОО «Разрез «Кузнецкий» и китайская энергетическая корпорация «Цинхуа».

Основной целью проекта является внедрение технологий получения синтетических жидких топлив и нефтехимической продукции из углей. В настоящее время созданное совместное предприятие проводит маркетинговые исследования.

Кроме того, министерством разработана Дорожная карта по развитию угольной отрасли РК на 2019–2021 годы, в которой предусматриваются мероприятия, требующие решений компетентных государственных органов, и проекты угледобывающих предприятий.

– Роман Васильевич, прошел почти год после вступления в силу Кодекса о недрах. Расскажите, как изменилось управление недрами в стране. Можно ли говорить о первых положительных результатах реформы недропользования? Какие проблемы пока решить так и не удалось?

– Принятие Кодекса Республики Казахстан «О недрах и недропользовании» поспособствовало установлению ясного и четкого регулирования отношений по недропользованию, соблюдению баланса интересов государства и инвесторов в сфере недропользования. Это, в свою очередь, приведет к привлечению инвестиций в геологоразведку и открытию новых месторождений, а также к соответствующему росту добычи в стране, увеличению поступлений налогов недропользователей, увеличению занятости в отрасли и росту услуг сервисных и подрядных организаций.

Изменения заключаются в сокращении сроков предоставления права недропользования с 24 месяцев до нескольких дней путем внедрения принципа первой заявки, в открытости доступа к геологической информации. С пятилетним переходным периодом внедрена международная система подсчета запасов недр по системе CRIRSCO. Государственное управление недрами осуществляется системно в рамках нового инструмента – Программы управления недрами, предусматривающей открытую территорию для недропользования. Изменения в нее вносятся по мере получения новой геологической информации, расширения технических возможностей, увеличения потребности со стороны инвесторов или изменения иных данных.

На сегодняшний день министерством в реализацию Кодекса о недрах приняты необходимые подзаконные акты в сфере недропользования. Осуществляется переход контрактов на лицензии. Так, один из крупных недропользователей Казахстана компания ССГПО подала заявление по переходу на лицензии по всем контрактам на недропользование, что подтверждает высокую оценку проводимых нами реформ. Процесс детально регламентирован, и компания уже получила уведомление о принятом комиссией решении о переоформлении права недропользования с контрактного режима на лицензионный. Кроме того, поступило еще 5 подобных заявлений, которые рассматриваются в установленном порядке.

Уже сегодня выставлено для предоставления права недропользования на разведку ТПИ и ОПИ более 150 000 блоков. По ним выдано 100 лицензий на разведку. До 2022 года планируется полностью выставить всю территорию Казахстана.

К получению лицензии проявили интерес местные крупные игроки (Казахмыс, ERG) и такие мировые ТНК, как Freeport-McMoran (США), Йылдызлар (Турция), Iluka (Австралия).

Вместе с тем, принимая во внимание прогрессивные изменения, происходящие в мировой экономике, нами будет продолжена дальнейшая работа по реформированию отрасли, основанная на наилучшей мировой практике.

Практическая реализация кодекса выявила отдельные точечные вопросы, требующие корректировки, в том числе по общераспространенным полезным ископаемым, техногенным минеральным образованиям, участку недр, ликвидации последствий недропользования и некоторым другим.

– В Послании народу Казахстана «Новые возможности развития в условиях четвертой промышленной революции» Нурсултан Назарбаев поручил продолжить реализацию индустриальной политики с внедрением инноваций, ориентированных на новый технологический уклад 4.0. Будет ли разработан пакет стимулирующих мер для перехода предприятий к Индустрии 4.0?

– В рамках государственной программы «Цифровой Казахстан» министерством разработан и утвержден Приказ по финансовому и фискальному стимулированию для предприятий к внедрению технологий Индустрии 4.0. Вместе с тем внесены изменения в Правила предоставления государственной поддержки субъектам индустриально-инновационной деятельности, направленной на повышение производительности труда и развитие территориальных кластеров.

Продолжается совместная работа с предприятиями отрасли по выявлению актуальных на сегодняшний день мер стимулирования. По итогам определения необходимых условий (по требованию), министерством будет разработан соответствующий пакет стимулирующих мер.

Рустем Алиев

журнал «Горно-металлургическая промышленность» №5-6 2019

130